Этот день 100 лет назад. 12 мая (29 апреля) 1914 года. В Асканию-Нова Николай ІІ въехал на «Мерседесе».

В огромной Херсонской губернии было немало богатых людей. Но ни одного из них не удостоили своим посещением российские монархи. Исключением были Фальц-Фейны. Царствующие особы ценили не столь размер их богатства, сколь их благотворительность для народа и большую денежную помощь державе в её тяжкие времена. Своим визитом династию предприимчивых Фальц-Фейнов удостоил и последний русский император

Николай Второй«Они совсем русские и очень простые, достойные люди в обращении», — писал Николай ІІ своей матери Марии Федоровне 8 мая 1914 года после посещения Фальц-Фейнов.
В императорской семье давно уже стало традицией: ежегодно весну проводить не в слякотном Петербурге, а в солнечном Крыму. В середине апреля 1914 года Романовы и огромная их свита расположились в уютных вагонах царского поезда и направились на юг, к солнцу и морю — в Ливадию. Все они разместились в Малом дворце, созданном зодчим Монигетти. Николай ІІ очень тяготился бездеятельной жизнью отдыхающего.
Однажды, прогуливаясь побережьем моря, он вспомнил рассказ деда (императора Александра ІІ) о необычном помещике, живущем в Новороссии. Его методы управления имением намного опережали действовавшие тогда. Можно сказать, что он «жил в предстоящем веке». Монарху предстояло по возвращении в Петербург утвердить новую аграрную реформу. Потому и возникло решение посетить прогрессивного землевладельца. Ограничившись немногочисленной свитой и охраной, царь на автомобиле отбыл из Ливадии на Херсонщину.
28 апреля 1914 года уже под вечер провинциальная тишина Аскании-Нова была буквально взорвана ревом моторов и звуками клаксонов кавалькады автомобилей. Оглушенные крестьяне выскакивали из домов и крестились, глядя на проносившиеся со стороны Чумацкого тракта «брички без лошадей». Никто из селян и представить не мог, что за рулем одной из них восседал сам император России — заядлый автомобилист.
Николаю II, имевшему гараж с почти полусотней автомобилей, завидовали все монархи Западной Европы. Его машины делились на разряды: императорские (очень дорогие и очень комфортабельные), светские (ими пользовались придворные), хозяйственные (грузовики, автобусы, полевая кухня, тягачи с прицепами) и фельдъегерские (для курьерской службы). Сам император предпочитал водить французский «Делоно-Бельвиль» (6-цилиндровый двигатель, мощность 70 л. с., скорость до 120 км/ч) и «Мерседес-45» (4-цилиндровый двигатель, мощность 45 л. с., скорость 85 км/ч). В ангарах гаража самодержца теснились «Роллс-Ройсы», «Пежо», «Рено», «Брасье», «Лесснер» и отечественный «Руссо-Балт».
У парадного подъезда родового имения именитого гостя встречал сам хозяин Фридрих Эдуардович Фальц-Фейн, который радушно пригласил утомленных поездкой путешественников к столу. Несмотря на то, что царь в еде был весьма неприхотлив, Фальц-Фейн посчитал нужным разнообразить меню: суп марилуиз, консоме легюм, разные пирожки, стерлядь по-русски, седло дикой козы с крокетами, соус поврат, жаркое из пулярки (хорошо откормленная курица) и куропатки, традиционный жареный поросенок, икра и баварский сыр. Обилие алкогольных напитков также могло удовлетворить любой вкус: десяток наименований горьких настоек, вермут, французская водка, лондонский портер, венгерское вино, данцигский бальзам. А для царя хозяин приготовил сюрприз. При очередной смене блюд полагалось наполнять бокалы вином, согласно этикету, это входило в обязанность хозяина. Наливая Николаю ІІ знаменитое донское шипучее, не уступающее французскому шампанскому, Фридрих Эдуардович продекламировал Пушкина: «Приготовь же, Дон заветный, Для наездников лихих Сок кипучий, искрометный Виноградников твоих».
Николай ВторойЦаря до глубины души тронула строка поэта о «наездниках лихих». Ведь Николай ІІ был отличным водителем и на своём «Делоно-Бельвиль» выжимал скорость до 120 км/час.
Два дня провел царь в усадьбе Фальц-Фейна. Огромное имение помещика поразило императора не столь обилием редких и экзотических животных, сколь рачительным ведением хозяйства. Николай ІІ не кичился титулом самодержца империи. Он запросто беседовал со старшим смотрителем зоосада Климентием Сиянко, кучером Резниченко, чабаном Самуэлем Суконько, управляющим имением Иосифом Кирильцевым, научным наблюдателем Гроте. Пребывание Николая ІІ в Аскании-Нова фиксировали на кинолентах и фотопленках В. К. Триклер (представитель французской фирмы по прокату фильмов) и придворный фотограф. Самодержец был в восторге от увиденного в поместье. Николай ІІ подарил Фридриху Эдуардовичу свой портрет с дарственной надписью (знак высшего уважения) и дал распоряжение флигель-адъютанту Воронцову-Дашкову вручить от его имени служащим подарки: золотые часы плюс каждому серебряную табакерку, украшенную золотым государственным гербом, а также тысячу золотых рублей для премирования достойных работников имения по усмотрению хозяина.
По случаю приезда высокого гостя Фальц-Фейн объявил в своём имении трехдневный выходной и выделил деньги на угощение. Прямо в степи крестьяне пили горилку с перцем. Почти до самого утра звучали здравицы (тосты) и «ура» в честь царя.
30 апреля в 11 часов, как только отзвучали последние аккорды государственного гимна, от Фальц-Фейнов отъехали автомобили свиты Николая II. В клубах пыли и под восторженные возгласы селян кавалькада двинулась в сторону Севастополя.